ППЦ РПЦ…

7 августа 2012

Давно уже зрело желание опубликовать пост, посвященный последним около церковным событиям.

Не буду раскрывать своего личного отношения к Православию, скажу лишь, что мне нравится, что в нашем городе активно восстанавливаются церкви — это — настоящее украшение городского ландшафта. Теперь — о проблемах. В последнее время, вокруг церкви достаточно много неприятных скандалов, в наличии которых виноваты сами высшие иерархи.

«Исчезающие» часы патриарха, опубликованный фоторепортаж с шикарного празднования юбилея директора завода по производству церковной утвари (Софрино — нагуглите, если интересно, там, где читал — удалили), конечно — дело Pussy Riot

То, что церковь сейчас очень близка с Путиным — понятно: что сейчас с ним не близко — практически, как царь… Но мягче как-то все это должно быть, милосерднее, скромнее — а так получается что церковь — это не средство общения с Богом для верующих, а просто рычаг власти и хозяйствующий субъект.

По поводу феминисток — это вообще какой-то цирк, утверждение власти силой, и издевательство над судебной системой.

Мне нравится позиция о. Кураева (умный мужик, я даже однажды, будучи студентом, побывал на его лекции), если интересно, посмотрите интервью:

Также, интересным может быть комментарий обвиняемой участницы группы:

Отношение к обвинительному заключению Марии Алехиной:

«С предъявленным обвинением я не согласна.
В обвинительном заключении говорится, что я совершила хулиганство по мотивам религиозной ненависти и вражды и ненависти в отношении православных верующих. Мне коренным образом непонятно это утверждение. Целью нашего выступления было привлечение внимания российского духовенства, настоятеля Храма Христа Спасителя, патриарха Кирилла. Мы, как представители своего поколения, в недоумении от его действия и призывов. Мы хотели и хотим диалога. Мы знаем, что никаким другим образом невозможно попасть к представителю церковной власти ввиду наличия охраны, которая по иронии судьбы выступает пострадавшими от наших действий. Целью привлечения внимания было вопрошание к о. Кириллу на его неоднократные личные высказывания о том, что православные должны голосовать на выборах за Путина.

Я — православная, но придерживаюсь других политических взглядов, и вопрос мой состоит в том, как же мне быть. У меня как у представителя поколения имеются и другие вопросы, связанные с отношениями церкви и государства, на которые я искренне желаю получить ответы от о. Кирилла, рассчитывая на его мудрость. Я думала, что церковь любит своих детей, а оказывается, что и здесь существует разделение: церковь любит только тех детей, которые верят в Путина. Я никогда не думала, что русская православная церковь должна призывать к вере в какого бы то ни было президента, а роль ее в том, чтобы призывать к Богу.

Мне важно понять, растет ли церковь вместе с обществом или остается консервативной институцией. Решая для себя этот вопрос, я никак не могла предположить неоинквизиторской, репрессивной реакции. Поэтому слова обвинения о преступном умысле наших действий считаю необоснованными. Такого умысла у нас не было. По записям репетиции видно, что мы рассчитывали на полторы минуты выступления из которых провели сорок секунд. Говорить о том, что сорок секунд выступления пошатнули многовековые устои — абсурдно.

Далее обвинение утверждает, что мы намеренно приобрели одежду для этого выступления. Это прямо опровергается материалами дела. Колготки и платья являются частью образа Pussy Riot, а балаклавы, названные в обвинении масками, существуют вовсе не для того, чтобы затруднить нашу идентификацию, а являются концептуальным элементом. Pussy Riot не хочет акцентировать внимания на внешности девушек, но создает персонажей, выражающих идеи.

День нашего выступления также был выбран не случайно. Это масленица, в традициях которой наряжаться и танцевать. Мы не пришли в храм во время службы и во время церковного празднования, что говорит об учитывании нами особенностей церковного календаря.

Обвинение утверждает, что мы нарушили порядок по мотивам религиозной ненависти и вражды, ненависти к православным. Я считаю это вымыслом, и о наших целях и мотивах сказала выше. Я никак и никоим образом не могла предположить масштабов резонанса, существующего на сегодняшний день. Не я организовала передачи на федеральном телевидении, где наша группа была названа группой кощунниц и провокаторов. Мне до сих пор непонятно, с какой целью это происходило и происходит сейчас. Более того, я считаю, что это организаторы таких передач умаляют традиции православия, утверждая, что три девушки могли что-то сделать с духовной основой государства, тем более — с Богом, при том что я и мои подруги делали неоднократные заявления в попытке примирить как осуждающих нас людей, так и наших защитников. Если верующие люди оскорблены тем, что мы вошли в ограду и забрались на амвон, имея его в виду как сцену, то за это я прошу прощения. Мы сделали это по незнанию внутрицерковных правил.

Если же требовалось на полгода посадить нас в тюрьму для детального объяснения этих правил, то я с уверенностью могу сказать, что мы их поняли и усвоили.

Все вышесказанное есть идеологический вопрос к предъявленному мне обвинению, саму постановку которого я считаю нелепостью в силу моего проживания в светском государстве, гражданкой которого я являюсь. Все мои поступки и проступки, полагаю, должны лежать в юридической, правовой плоскости. Наше выступление считаю административным правонарушением. Ввиду влияния административных, политических или духовных элит квалификация нашего действия перешла в уголовную плоскость. Прошу независимый суд провести независимое судебное расследование и установить истину.

Еще раз утверждаю, что никакой религиозной ненависти к православию у меня не было никогда и нет».

Источник: http://t-kasatkina.livejournal.com/2738.html

Оставить комментарий